USD
Когда руководство театра «Современник» решило закрыть последний спектакль Лии Ахеджаковой «Игра в джин», это было объяснимо. Неталантливые люди всегда пользуются политической конъюнктурой, чтобы насолить людям талантливым, избыть свою многолетнюю бессильную зависть.
Когда Барбара Брыльска, партнерша Ахеджаковой по всенародно любимому фильму «Ирония судьбы или с легким паром» выступила со словами поддержки Ахеджаковой, это тоже было очень понятно — партнеры поддерживают друг друга, что же тут странного?
Но потом депутат Государственной Думы Ольга Занко (вы слышали эту фамилию? вы что-нибудь знаете об Ольге Занко?) разразилась угрозой стереть современными компьютерными методами Барбару Брыльску из фильма «Ирония судьбы» и заменить польскую актрису Валентиной Талызиной, тем более, что та Брыльску озвучивала и имеет правильные политические взгляды.
Стереть Брыльску из фильма, который каждый Новый год смотрят все люди в России вот уже сорок лет! Стереть напрочь! Ну, уж и Ахеджакову тоже, наверное, стереть.
Вот этого понять нельзя! Тысячелетие за тысячелетием политики пытаются стереть художников. У политиков это никогда не получается, но они пытаются все равно. Над ними смеются потомки, потомки их проклинают. Запрещенные, отцензурированные, сожженные, уничтоженные произведения искусства восстанавливают потом целые научно-исследовательские институты. Не было случая, чтобы какой-нибудь политик запретил какое-нибудь произведение искусства, а оно так бы и кануло в Лету. Шедевры всегда возрождаются — по осколкам, по обрезкам по фрагментам. А политики что? Их дела, если и не забываются, то искажаются в памяти последующих поколений, и Господь на Страшном Суде (как в рассказе Борхеса «Два богослова») путает непримиримых политических врагов и на всякий случай отправляет обоих в ад.
Кто-нибудь помнит, какие были политические взгляды у Гомера? Нет, не имеет значения. Про Данте может быть кто-то и помнит, что он был белый гвельф. Но чем отличаются белые гвельфы от черных и чем отличаются те и другие от гибеллинов — разбираются только специалисты. А про Пушкина что можно сказать политического? Друг декабристов или подцензурный лично царю верноподданный? И не то, чтобы политические дела не имели значения — имеют значение, огромное, но никогда не переживают своего века.
Представьте себе, что затея депутата Ольги Занко осуществилась. С них станется. Если запрещали Пушкина, Набокова и Булгакова, Шопена, Шостаковича и Стравинского, то почему бы «Иронию судьбы» не запретить?
Представьте себе, что каждый Новый год по Первому каналу показывают «Иронию судьбы» с Валентиной Талызиной в главной роли. Представьте себе, что вычищают интернет, заменяют всюду, где только можно, «неправильную» версию с Брыльской и Ахеджаковой на «правильную» с Талызиной и, предположим, Еленой Драпеко, которая после того, как «Лиза Бричкина в болоте утопла», поет «Вагончик тронется, перрон останется». Представили?
Но кто-то же хранит оригинальную «Иронию судьбы» хоть на кинопленке, хоть на VHS-кассете, хоть на DVD. Кто-то же хранит и ждет, когда сойдет морок. И когда-нибудь наступает такой день, когда некий историк кино или продюсер, звонит какому-нибудь телевизионному начальнику и кричит: «Мы нашли ее, мы нашли «Иронию судьбы», оригинальную версию с Ахеджаковой и Брыльской!»
Телевизионный начальник в этот момент, наверное, не сможет сдержать слез. Люди постарше, то есть теперешние наши дети захотят, наверное, надеть майки с портретами Брыльской и Ахеджаковой. А люди помладше, то есть нерожденные еще наши правнуки, посмотрят впервые «Иронию судьбы» такой, какой ее снял Эльдар Рязанов, и будут недоумевать:
— Дедушка, а почему это запретили?
— А потому что идиоты, малыш.
— А кто запретил?
— Не помню, малыш. Какая-то была злобная тетка, то ли Ольга, то ли Татьяна. Не помню. Склероз.
Валерий ПАНЮШКИН
spektr.press
17.02.2023
Иллюстрация Алиса Кананен/SpektrPress
